Часть первая: Битва за Даугаву

В первые два дня войны противник достиг значительных результатов, но уже к 24 июня благодаря ожесточенному сопротивлению советских войск его 16-я армия была остановлена в районе Каунаса, а 41-й корпус 4-й танковой группы — в районе Шяуляя. Лишь авангарду 56-го моторизованного корпуса этой группы удалось вырваться вперед и к 24 июня продвинуться более чем на сто километров, достигнув местечка Утяна. Создалась явная угроза быстрого выхода неприятеля к Западной Двине и захвата Даугавпилса.

В городе остались лишь вспомогательные подразделения, скромными ресурсами которых командовал которыми майор Еськов. В его распоряжении было всего две роты, одна из которых заняла позиции у Крепости, а вторая охраняла шоссейный мост. Солдаты из хозвзвода вырыли окопы вдоль дамбы и заняли оборону у электростанции. Саперы заминировали ж/д мост.
25 июня через Даугавпилс уже несколько дней шел непрерывный поток отступавших частей и беженцев. Слившись с толпой, накануне штурма в город проникла фашистская разведгруппа, которая удостоверилась, что его защитников лишь небольшая горстка. К исходу дня 8-я танковая дивизия генерала Бромберга заняла позиции к югу от города. Главная роль во взятии шоссейного и железнодорожного мостов отводилась спецподразделению вермахта – 800-му диверсионному полку «Бранденбург», который первым переступил границу

22 июня для совершения массовых диверсий.

26 июня рано утром большая группа диверсантов, переодетых в красноармейскую форму, сконцентрировалась на берегу реки Западная Двина.Часть их на лодках переправилась в тыл советским войскам. Остальные в автомобильной колонне двинулись к мосту. Немцы «играли» под отступающих советских солдат, поэтому завязалась лишь короткая перестрелка, после чего мост с легкостью был захвачен, а почти все его защитники перебиты. Уже через час к мостам подошел передовой отряд 8-й танковой дивизии 56-гомоторизованного корпуса. Он быстро форсировал реку и ворвался в Двинск, при этом 3-я рота 59-го саперного батальона с тыла захватила второй мост. Железнодорожный мост получил незначительные повреждения, после чего в городе всей силой развернулись фашистская пехота и танки.

Завязались уличные бои. Почти все гитлеровцы были вооружены автоматическим оружием, пехоту поддерживали танки и авиация. В течение нескольких часов дислоцированная в Двинске еще до войны 201-я воздушно-десантная бригада полковника П. К. Гладилинапыталась удержать город, но к 14:50 он был полностью занят противником.

Отстреливаясь из винтовок, пулеметов и единственной 45-миллиметровой пушки, красноармейцы закрепились на северо-восточной окраине города, у озера Губище. Получив информацию о происходящем, командование Северо-Западного фронта немедленно предприняло попытку отбить город силами отходивших бойцов и переброшенных на этот участок резервных частей. С вводом в бой 9-й бригады 5 воздушно-десантной корпуса советские войска попытались отбить город, но к вечеру после массированного авиаудара отступили под натиском пехоты и танков. Положение было критичным из-за нехватки техники и амуниции, срочно требовался ввод резервных частей.
Днем раньше командир 21-й мех. корпуса Д. Д. Люлюшенко получили приказ Наркома обороны Маршала Советского Союза С. К. Тимошенко — немедленно выдвинуться в район Даугавпилса, не допустить захвата города противником, занять оборону по Западной Двине и поступить там в распоряжение командующего Северо-Западным фронтом.



Из книги Манштейна “Утраченные победы”: “В эти дни советская авиация прилагала все усилия, чтобы разрушить воздушными налетами попавшие в наши руки мосты. С удивительным упорством, на небольшой высоте одна эскадрилья летела за другой с единственным результатом — их сбивали. Только за один день наши истребители и зенитная артиллерия сбили 64 советских самолета.”

Из воспоминаний генерала Д. Д. Люлюшенко (Заря Победы):

“Во второй половине дня 27 июня наши дивизии, несмотря на значительные потери от ударов вражеской авиации, все же вышли в заданные районы. Не успел еще штаб корпуса разместиться в роще, километрах в двадцати северо-восточнее Даугавпилса, как к нам подъехал помощник командующего Северо-Западным фронтом генерал-лейтенант Сергей Дмитриевич Акимов. Вид у него был усталый. Веки опухли и покраснели: вероятно, он не спал несколько суток. К тому же и вести он нам привез неутешительные.

Генерал Акимов сообщил, что для обороны рубежа Западной Двины, на участке от Ливани до Краславы, на протяжении примерно восьмидесяти километров, выдвигается 27-я армия генерал-майора Берзарина. Наш корпус, видимо, войдет в ее состав. Он спросил также, как мы намерены решать задачу, поставленную Наркомом обороны.

Я доложил, что, по моим предположениям, противник, ворвавшийся в город, еще не успел подтянуть крупные силы и закрепиться. Наступление мы начнем с утра 28 июня.”



Также в докладе о состоянии 21МК от 23 июня (ЦАМО, ф. 38, оп. 11353, д. 5. л. 20-21) командир корпуса Люлюшенко пишет: “ Отсутствие вооружения, матчасти и неподготовленность новобранцев заставили меня оставить в районе зимних квартир до 17 тыс. необученного молодняка”.

Данных о наличии бронетехники в корпусе немного, но известно, что на момент 22 июля на вооружение находилось 155 танков, а также 17 пушечных бронеавтомобилей БА-10 согласно (ЦАМО, ф.38, оп. 11353, д. 909, л. 101)). Позже есть сведенья, о поступлении в распоряжение корпуса танков нового образа типа КВ-1 и Т-34, точное количество которых неизвестно.

Рано утром 28 июня корпус перешел в решительное наступление. Согласно донесению №3 ШТАКОР 21 МЕХ. РОЩА 2км ВОСТОЧНЕЕ АУЛЕЯ от 29.06.41: город атаковали с трех направлений:

1. 42-я танковая дивизия из района Извалта, Жидина (почти не имея в своем составе танков), командовал Воейков Николай Иванович.

2. Севернее наступала 185-я м.д. из деревень Тарпаны и Слостовка, командовал Рудчук Петр Лукич.

3. Западнее находилась 46 т.д. которая и должна была нанести главный удар под командованием Василия Алексеевича Копцова, под прикрытием частей 5 воздушно-десантный корпус под временный командованием генерал-лейтенанта Акимова.

Вскоре было получено донесение от 46 т. д. : «Авангард в семь часов ворвался в село Малинова». Часа через полтора дивизия при поддержке авиационного полка полковника Бабича вместе с частями 5-го воздушно-десантного корпуса ворвалась в Даугавпилс. Схватка была ожесточенной. Кварталы города и даже отдельные дома неоднократно переходили из рук в руки. Наши танкисты расстреливали врага в упор, давили гусеницами и броней, применяли таранные удары. По этому поводу Манштейн впоследствии писал: «...Вскоре нам пришлось на северном берегу Двины обороняться от атак противника, поддержанных одной танковой дивизией. На некоторых участках дело принимало серьезный оборот».

Фашисты дрались отчаянно. Улицы были усеяны сотнями трупов, кругом пылали танки, торчали стволы разбитых орудий, валялись покореженные автомашины. Командир 8-й танковой немецкой дивизии генерал Бранденбергерукрылся со своим штабом в крепости на южной окраине города.

Уже ощущался недостаток горючего и боеприпасов. На некоторых машинах оставалось всего по два-три снаряда. Обстановка требовала немедленного ввода в бой 42-й и 185-й дивизий. Но их продвижение очень тормозили удары вражеской авиации. По этим многочисленным причинам в ходе одного из боев совершил подвиг повар разведроты Иван Середа, который сумел обезвредить экипаж фашистского танка при помощи… топора.


5222886571658589.html
5222939617504364.html
    PR.RU™