Последующие распоряжения ο монашестве; монастыри штатные и заштатные

Крутые распоряжения Петра ο монашестве вызвали сильное неудовольствие среди монахов. Из монастырских стен выходили разные противоправительственные письма, вследствие чего Петр несколько раз выдавал указы, запрещавшие монахам держать по кельям бумагу и чернила и писать что-нибудь без ведома настоятелей. После его смерти действие его законов ο монашестве на некоторое время ослабело; но при имп. Анне они снова вошли в силу и в своем применении к жизни доведены были даже до крайности. Β 1732 г. произведена была общая перепись всех монастырей, открывшая в них множество уклонений от законов, особенно относительно пострижения; всех незаконно постриженных велено было немедленно расстричь. Β 1734 г. вышел суровый указ никого не постригать вновь, кроме вдовых священнослужителей и отставных солдат. Кроме того, монашество подвергалось тогда опустошительным разборам по политическим розыскам. Β 1740 г. дело дошло до того, что Св. Синод решился доложить императрице, что монашеству грозит впереди совершенное оскудение, что в монастырях остались только старики прежнего пострижения, уже не способные ни к каким послушаниям и службам, а между тем чрез разные случаи монашество все еще продолжает умаляться. Императрица разрешила пострижение новых монахов даже с сокращением срока для искуса до полугода (вместо 3 лет). Монастыри снова стали оживать уже при имп. Елизавете, оказывавшей им большие милости. Она возвратила им вотчины и еще более расширила свободу пострижения в монашество, сначала, впрочем, только для ученых малороссов кандидатов на учительские места в духовных школах в 1749 г. вышло разрешение постригать их даже с 17 лет и с дозволения только местного архиерея; под конец царствования в 1761 г. позволено было постригать всех желающих, но с соблюдением принятых условий относительно лет постригающихся, свободы состояния и трехлетнего искуса. После Елизаветы в правительственных сферах опять обнаружилось противомонашеское направление. За все время от 1700 г. до Екатерининских штатов из 1200 монастырей прежнего времени было закрыто 175, а вновь открыто только до 47. При учреждении штатов 1764 г. во всей России считалось 1072 монастыря, из которых четвертая часть были женские, остальные мужские.

По штатам 1764 г. из 953 великорусских монастырей закрыто более половины оставлено было только 224 в штате и 161 за штатом, на собственном содержании; затем свыше 40 монастырей закрыто при введении штатов в Малороссии и Белоруссии. K началу XIX столетия всех, и старых, и вновь открывшихся монастырей было налицо всего 452. Здания закрытых обителей обращались в казармы, госпитали, дома сумасшедших и т.п. Число монашествующих тоже уменьшилось; в 1762 г. всех монашествующих было 12 444, по штатам 1764 г. положено было только 5105, но действительное число их после штатов нигде почти не доходило и до штатной цифры, что зависело, главным образом, от скудости штатных окладов монастырей монастырям было выгоднее, и даже необходимо, иметь меньше монашествующих. Монастырские здания, которых в лучшие дни монастырей настроено было слишком много, разваливались без ремонта, а просить для ремонта пособий было бесполезно и даже небезопасно, потому что этим можно было накликать нежелательное распоряжение ο совершенном закрытии такого монастыря, который не может обойтись с помощью одних собственных средств. Большей обеспеченностью в средствах пользовались только монахи-ученые, получавшие особые оклады жалованья по своим школьным и начальственным должностям и поэтому выделявшиеся из монашества в особый привилегированный класс. Β 1766 г. Екатерина возвратила им и всем монашествующим властям отнятое Петром право делать духовные завещания. Размножению и возвышению этого монашества особенно много посодействовал митр. Платон, в течение своего долгого святительства в Москве выпустивший из своей Московской академии многолюдную дружину ученых монахов «Платоников» из самых лучших талантов академического студенчества. Императоры Павел и Александр I относились к монашеству благосклоннее Екатерины. Первый увеличил оклады монастырей вдвое, а для улучшения средств ученых монахов дозволил, по заслугам, причислять их к соборам более богатых монастырей с правом пользоваться долей из кружечных доходов последних. Имп. Александр питал к монашеской жизни всегдашнее благоговение и редко отказывал монастырям в просьбах ο пособиях; многие обители при нем успели поправиться и обстроиться почти заново. Весьма важное значение для материального обеспечения монастырей имело упомянутое уже дозволение им (1805 и 1810 гг.) приобретать с Высочайшего разрешения незаселенные земли в собственность. Β царствование Николая I в 1835 и 1838 г. монастырям на содержание положено отвести земельные и лесные участки от 50 до 150 десятин из казенных земель и дач. Вследствие этих отводов, а также покупок и пожертвований многие монастыри успели обзавестись довольно значительными земельными владениями. B 1861 г., при освобождении крестьян, в замен прежней казенной прислуги из крестьян, монастырям ассигновано до 168 200 руб. на наем прислуги. Β тο же время постепенно увеличивались на содержание их штатные суммы и к 1890-м гг. возросли до 425 000 р. Не оскудевали и частные пожертвования на обители благочестивых лиц и всего православного народа. Β 1848 г. гр. Анна Орлова, известная почитательница Фотия, архим. Юрьевского, пожертвовала громадную сумму по 5000 р. на 340 монастырей, кроме того, особо обогащала монастыри Юрьевский, Соловецкий и Почаевский. Β 1859 г., как уже сказано, основано было общество для вспоможения беднейшим церквам и монастырям.






5217898477397065.html
5217910990768536.html
    PR.RU™